У нас тут давеча с приятелем спор зашел. По поводу вот этого поста: http://kot-kam.livejournal.com/550082.html Приятель мне доказывал, что, раз уж человек пишет ФЭНТЕЗИ, то бишь сказку, то он в своем вымышленном мире имеет право делать все, что хочет, как бы этот вымышленный мир ни был похож на наш. Хоть гильотины вводить в древнем Риме, если ему заблагорассудится.

Нет, оговорюсь сразу. Если вы – тонкая, возвышенная натура, которая пишет “кровью сердца на булыжной мостовой”, или типа того – пожалуйста, творите что хотите. А на дураков, которые вздумают смеяться над строчками типа “В гневе сжимает подпругу король” или “К луке седла головою приник…” (это он все проделывает, едучи верхом, если кто не помнит), можно и не обращать внимания. Вы же не пишете, вы – ТВОРИТЕ! Вы не для дураков пишете, а по велению сердца, и для ПОТОМКОВ, которые ОЦЕНЯТ, к вам претензий никаких. Но если вы, извините за выражение, профессиональный писатель… И если вы хотели бы… ну… скажем прямо: быть популярным… И еще, не дай Бог, получать неплохие гонорары… То тогда следует соблюдать некоторые правила. И одно из этих правил я бы сформулировал так:

Не стоит без особой нужды вызывать у читателя когнитивный диссонанс.

Иногда можно. И даже нужно. И даже необходимо, да. Но при этом вы всегда должны иметь возможность ответить на вопрос – зачем? Или – почему? Не обязательно отвечать читателю, как Толкин, который любому мальчишке старался разъяснить любой пустяк, к которому этот мальчишка вздумал прицепиться, но себе – обязательно.

Вот, например, у моего автора в его мире драконы – не могучие древние магические создания, и тэ дэ и тэ пэ, а просто крупные летающие животные, наделенные некоторой толикой магии (как и многие существа в его мире). От ледяных драконов, которые распространяют вокруг себя холод (их, при соблюдении некоторых предосторожностей, можно даже держать в подполе, вместо холодильной установки) до драконов-вонючек, чье название говорит само за себя. И уже сразу становится ясно, что в этом мире не может быть героев вроде Турина или Сигурда, потому что здесь “Убить Дракона” – не эпический подвиг, а обычное дело, требующее всего лишь изрядной охотничьей сноровки (собственно, этот слом эпической традиции лучше всего обыграл пан Сапковский, у которого дракона завалил хитроумный сапожник, подсунувший зверюге овцу, начиненную ядом…) Не знаю, нарочно задумывал это автор, или так оно у него случайно получилось, но это был мессэдж, и до меня он дошел. Уже понятно, что, невзирая на всяких там эльфов и магию, этот мир куда менее волшебен, чем, скажем, толкиновское Средиземье. Что в целом в общую картину мира отлично вписывается.

Ответ на вопрос “зачем” – “а так, по приколу!” тоже приемлем, но только в том случае, если ваш прикол доступен читателю и воспринимается им как таковой. Если вам угодно прикалываться себе в уголку, так, чтоб никто не догадался – ну, так и не выносите результаты своих приколов на всеобщее обозрение. Либо уж не жалуйтесь, что вас не оценили и не поняли шутки. Это как я в свое время редактировал исторический роман про Клеопатру (жалко, Эриол уехал – он бы пошипел и поплевался ядом в комментах, ибо он этот роман переводил). В романе персонажи кушали консервированные побеги бамбука и пили чай, Антоний разгуливал в халате и носках, а Цезарь вешал кольчугу в шкаф и хранил свой круглый (!) легионерский щит в ящике стола. Если бы эти приколы были рассеяны по тексту более равномерно, и сюжет хотя бы отчасти им соответствовал, вышла бы недурная пародия “для тех, кто понимает”; ну, а так получился просто хреновый исторический роман, автор которого ни черта не учил матчасть.

Не вижу, чем принципиальным фэнтези в данном вопросе отличается от исторического романа. Да, мир исторического романа – это как бы наш реальный мир, а мир фэнтези – как бы придуманный. Но наш реальный мир реален лишь постольку, поскольку мы имеем представление о том, как все было “на самом деле” (а много ли мы знаем о том, как “на самом деле” жили, например, первобытные люди?), и ни один придуманный мир не придумывается с нуля. А уж миры фэнтези (в отличие от “пыльных тропинок далеких планет”) и подавно. Вымышленный мир фэнтези играет и взаимодействует с миром фольклора, с одной стороны, и исторической эпохой, с которой он списан, с другой. Эта самая игра, это взаимодействие, это напряжение продуманных противоречий и несовпадений составляет важную часть обаяния фэнтези, точно так же, как продуманные научные и технические реалии составляют важную часть обаяния научной фантастики (что осталось бы от “Пламени над бездной”, если убрать оттуда концепцию Дна и Края?) Точно так же толкиновское Средиземье много потеряло бы, если бы не отказ от одной фольклорной традиции в пользу другой, более древней (эльфы – не крохотные существа с крылышками, гномы – не карлики в красных колпачках…), и не архаичное средневековье Рохана (и тут уже можно поспорить с автором на тему “А на самом деле у роханцев не могло быть того-то и того-то”, и автор ответит, почему оно отлично могло быть, опираясь либо на логику, либо на исторические примеры и источники). Точно так же, если автору угодно ввести в “своем” древнем Риме гильотину – ну, пусть введет. Только уж пусть напишет что-нибудь вроде “Казни вошли в моду. Палачи трудились, не покладая рук, и требовали прибавки к жалованью. Вытащили из архивов хитроумное изобретение некоего грека, с помощью которого голову осужденному мог отрубить и ребенок. Изобретение воздвигли неподалеку от Форума, и оно также не простаивало”. А потом пусть подумает, точно ли ему нужна эта гильотина, и с какой целью.

А если у автора просто так, ни с того ни с сего, то “витамины” упомянут в эпоху расцвета алхимии, то у кого-то “гормоны взыграют”, то степной дикарь мимоходом обратит внимание на интересную окаменелость в стене утеса (было, было у меня и такое), то мушкет вдруг примется стрелять очередями… - так это не авторская вольность, и не творческая находка. Это, извините, кг/ам.