kot_kamyshovyj (kot_kam) wrote,
kot_kamyshovyj
kot_kam

Category:
Идея о том, что российская деревня загибается и вот-вот (максимум через поколение) загнется совсем, не нова. С ней носились еще писатели-деревенщики, писавшие об этом в те времена, когда мы все пешком под стол ходили. Похоже, этой идее суждена такая же долгая жизнь, как идее о том, что молодежь пошла никудышная и мир в связи с этим катится в тартарары. Меня на эту тему сильно утешил прошлогодний пост Олега Дивова, на который я наткнулся случайно, читая их с женой дневник. Дивову я на этот счет доверяю как-то больше, чем себе: он в деревне вырос и до сих пор с деревенскими общается, как вот я с вами; я же с деревенскими соседями общаюсь на уровне «здрасте - до свидания», как и с любыми цивилами, а со своими сверстниками, с которыми я рос в деревне, по ряду причин предпочел бы не встречаться вообще. Но в целом то, что я знаю, более или менее подтверждает выводы Дивова. Он писал, что всегда есть деревни, которые загибаются, и одновременно есть деревни, которые если не процветают, то крепко стоят на ногах. И это правда. У нас на Селигере разделение наблюдается более или менее четко, в зависимости от того, насколько близко деревня стоит к Селигеру, и сколько в ней дачников. В живописных местах по берегам Селигера деревни в основном загибаются. В нашей деревне, к примеру, семья с детьми – одна, коров осталось – две, жилых домов зимой остается штук двенадцать (а деревня была огромная!) Дело у мужиков одно: строить дома для дачников. Кто участвует в строяке – живет богато; кто не участвует – лапу сосет. Своим хозяйством народ жить отвык: возни с коровой много, молоко киснет, проще в автолавке купить пакет долгоиграющего. Даже куры только в одном доме, а гусей и уток вообще никто не держит. В земле ковыряться всех ломает: тверская земля неблагодарная, песок да камни (ледниковая морена), а перед носом все время дачники маячат, сытые и в шоколаде. Конечно, дачник зимой в городе за свои деньги тоже пашет будь здоров, но все-таки отдача городского и сельского труда несоизмерима: сколько мужик ни паши, а лопатой да косой на ТАКУЮ машину и ТАКОЙ катер не напашешь. Отсюда – жуткая зависть, и стремление спереть у дачника все, что плохо лежит. В то же время в деревне Заплавье, куда автобус не ходит, а своим ходом семь км, дачников меньше, и народ посправней будет, похозяйственнее: и коровы у них, и куры-овцы, и огороды не пустуют. В деревнях, которые стоят вдали от Селигера, дела обстоят, видимо, еще лучше.
Но власти при этом делают все, чтобы дела лучше не становились. Вот, к примеру, укрупнили административные единицы. Раньше сельсовет был в Мошенке, за семнадцать километров; теперь наш и противоположный берег объединили, и за какой-нибудь справкой надо ехать аж в Свапуще – а это от нас, считай, километров шестьдесят, если сушей! Ближайший от нас административный центр был в Соснице. Это минут пятнадцать-двадцать на лодке, а сушей – те же шестнадцать км. Но там была почта, школа, клуб с библиотекой, магазин, фельдшерский пункт (единственное на много километров место, где можно было хоть таблетку какую купить). Почту – закрыли, школу – закрыли, клуб – сгорел. Из всей цивилизации остался магазин – и, возможно, фельдшерский пункт (не знаю точно). Спасибо еще, бизнесмен какой-то купил полуостров Вятку с бывшим помещичьим имением, намереваясь устроить там что-то типа базы отдыха для богатых, и по этому поводу построил новую церковь (прошлым летом освятили). Но это больше для старушек радость, а одним хлебом духовным сыт тоже не будешь. В целом же сделано все, чтобы тот берег просто вымер – оттуда дети в школу даже ездить не могут, потому что у них автобус ходит раз в два дня, а не каждый день, как у нас.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments