October 22nd, 2005

(no subject)

Все-таки неправ наш мастер, что на злости работать нельзя. Еще как можно! Вот сейчас вывел я миттеля погулять. Снес его на руках по лестнице, идет он такой бедненький, несчастненький, на трех лапах еле ковыляет, шатается, спотыкается…
И тут! В подъезде раздался знакомый злобный лай!Collapse )

(no subject)

Власть фотоаппарата кажется какой-то демонической: ведь вот, этот язык пламени прожил какую-то долю секунды, и второго такого больше не появится никогда – но он остался на снимке, и теперь будет существовать очень долго – вечно, если кому-то понадобится хранить этот файл вечно. И полена этого, которое горит в огне, уже нет – но оно есть на снимке; и луны такой уже нет и не будет никогда – хотя это и не так очевидно; и я сам уже не буду таким, как в тот день – но все это теперь есть и пребудет. Живопись – да; но живопись сохраняет идеальные образы вещей, а фотография, по мере сил, сохраняет вещи такими, какие они есть, с суровой беспристрастностью, недоступной ни глазу обычного человека, ни глазу живописца.

(no subject)

Хороший человек и человек приятный – это далеко не одно и то же. Есть масса людей, которые никому ничего хорошего не делают, а порой даже делают гадости, но при этом приятны в общении, являются украшением любой компании и все им всегда рады. И есть немало прекрасных, замечательных, добрых людей, которых тем не менее хочется убить после пяти минут близкого общения. Многие святые и великие люди, истинные благодетели человечества, в жизни, судя по их жизнеописаниям, были совершенно невыносимы.
Кажется, все это знают и понимают. И тем не менее регулярно путают одно с другим, причем в обе стороны.