September 5th, 2010

Чудеса дрессировки

Шахид в последние несколько дней пытался меня будить в пять-шесть утра, требуя любви, ласки и жрать. Я вставал, закрывал его на кухне и ложился снова. Сегодня просыпаюсь в девять – тишина! Нету котика. Выхожу на кухню – сидит под окном на своей когтедралке (это его постоянное прибежище, когда его закрывают на кухне или он удаляется туда по доброй воле) и молча пялится на меня круглыми глазами. Приучился!

Ага, ну да, а во вторник приедет бабушка, и снова приучит котика требовать жрать в пять утра.
А в следующий понедельник бабушка ляжет в больницу, и придется переучивать котика заново…

* * *
На прошлой неделе котик вдруг отчего-то вместо меня заявился будить Ольгу. Впрочем, удивительно не это, а то, что она послушно встала (в пять утра!!!), пошла на кухню и нарезала ему мяса. И еще нам записку оставила, что кота кормить не надо. Это вместо того, чтобы просто закрыть наглую тварь на кухне. Я ей объяснил, отчего так делать не следует. «Дрессировка, - говорю, - процесс обоюдный. Если ты не приучаешь его вести себя так, как удобно тебе, он приучит тебя вести себя так, как удобно ему. Вот, он уже запомнил, что тебя можно заставить встать в пять утра, чтобы ты его накормила!» Короче, договорились, что она, если что, встанет и запрет его на кухне.

На следующее утро встаю – тишина! Никто никого никуда не запирал, кот мирно спит у нас в комнате, явно некормленый. Встала Ольга – спрашиваю у нее, как было дело. «А-а, он ко мне пришел в пять утра, а мне так ломы было вставать, я его послала нафиг, и он ушел!» И больше он Ольгу будить не пытался. Надо сказать, что у меня, бабушки или деда просто взять и послать его нафиг не вышло бы: он бы ходил и ныл, пока не добился бы своего, либо пока его бы не заперли.

Все-таки что-то в этой серой башке происходит, и это «что-то» явно сложнее, чем думает Карен Прайор. Например, если его за что-то наказать, он потом очень часто делает это еще раз или два. А потом уже перестает. Даже если больше не наказывать. Нет, метод Прайор действительно очень классный и действенный, и почти всегда, в принципе, можно обойтись им одним, но все-таки в отношениях с любым существом сложнее хомячка или цыпленка, помимо системы подкреплений, должно присутствовать что-то еще. Я до сих пор продолжаю думать, что если бы той ее кошке, которая повадилась ссать на плиту, выписали обычных старомодных пиздюлей с ритуальными воплями «Это кто наделал, а?!», ее, может, и не пришлось бы усыплять.

Кстати, о пиздюлях.

* * *
На даче котик повадился метить. Да, я знаю, что хорошо бы кастрировать, но каждый раз, как мы всерьез собираемся это сделать, его удается заставить перестать нехирургическими методами… В общем, он по инерции принялся метить и дома. Ну, и мы его наказали. Collapse )

И вот я думаю: а почему, собственно, именно физическое наказание считается таким жупелом? Нет, понятно, что есть побои и побои – «наказать» можно и так, что «наказанный» инвалидом останется, - но откуда вот это представление, что делать можно что угодно, только не бить, бить – ни-ни, ни взрослых, ни детей, ни животных… То есть родителей, которые за всю жизнь пару раз ребенка выпороли до синяков, возможно, за дело, нынче назовут садистами и потребуют у них ребенка отобрать (а кое-где уже и отберут). А родителям (или наставникам, или одноклассникам), которые ребенка ежедневно уничтожают морально, никто ничего не сделает, тут типа все нормально, душу можно калечить сколько хочешь, главное, чтобы никто его пальцем не тронул.