May 18th, 2011

Еще раз про енота

Открыв на Ю-тубе ролик «Как завести ручного енота», я узнал, что первое, что надо сделать в большинстве штатов – это получить лицензию на содержание диких животных. Да, вот так. Без лицензии – ни-ни, и это не шутка: моя знакомая, daradara, недавно спасла выпавшего из гнезда бельчонка – и тут же отдала в приют, потому что у нее нету лицензии на содержание Дикого Зверя Белки. Проблема, насколько я понимаю, не столько в том, чтобы держать в доме Опасное Жывотное, сколько в том, чтобы правильно за ним ухаживать, чтобы ему, животному, у тебя хорошо жилось. И это правильно, ящитаю, хотя иногда и обидно.

Обсуждали с Глюком, может ли живущий в доме дикий енот считаться домашним енотом. А если ты его подкармливаешь? А если ты его приручил? Нужна ли лицензия на содержание енота Вилли? Но тут я полез в другие ролики и выяснил, что Вилли нифига не дикий: его приобрели двухмесячным пардон, двухнедельным щенком. Так что, видимо, у хозяина есть лицензия, и дом свой он отдал на разорение по доброй воле. Под катом – ми-ми-ми для тех, кого умиляют пушистые малыши (меня так нет). Collapse )

Про эвтаназию: мнение заинтересованного лица

Зашел проведать один знакомый «отдельно стоящий» блог. Ведет его человек, который умирает от рака. Нет, не «болен раком и когда-нибудь умрет», а неизлечимо болен и умрет в ближайшее время. Узнав об этом, он завел дневник. Дневник так и называется: “Living While Dying”. Хорошая идея – если, конечно, у тебя есть на это силы.

В предпоследнем своем посте, примерно месячной давности (http://www.psychologytoday.com/blog/living-while-dying/201104/the-meaning-suffering), он как бы мимоходом, между рассказом о лечебной инъекции и о том, как ему тяжело сейчас дается преподавание, упоминает о том, что они с его девушкой ездили в Seattle Cancer Care Alliance, чтобы окончательно оформить все бумаги и получить необходимые медикаменты согласно закону штата Вашингтон «Смерть с достоинством». Дальше я перевожу сокращенно, но, кажется, ничего важного не пропускаю: Collapse )

Подпишусь под каждым словом. Для меня очень важно, что это говорит такой человек, как Итан. Не то, чтобы я не уважал Терри Пратчетта, но он мужик эксцентричный, и считать его мнение мнением среднестатистического гражданина нельзя никак. К тому же его рассуждения об эвтаназии относятся к тому времени, когда он только узнал о своей болезни, а потому в большой степени умозрительны. А Итан – это, в сущности, обычный дядька: средних лет, двое детей, в разводе (насколько я понял), новая девушка, преподаватель в каком-то вузе, любит пикники и играть в баскетбол. «Такой же, как вы и я». И ему уже по-настоящему плохо, то есть он вполне понимает, о чем говорит, когда говорит о неизлечимой болезни и нестерпимых страданиях.

Разумеется, логично было бы возразить: а к чему вообще разрешать эвтаназию законодательно? Это может открыть путь множеству злоупотреблений. Коли так уж надо – поди, сам добудь нужные лекарства, и вперед. Логично, да. Но три возражения приходят на ум сразу:

Collapse )