December 2nd, 2011

(no subject)

У нас в издательстве возле одного из редакторов стоит высоченная стопа «обороток» - распечаток, чистых с одной стороны. Каждый раз, как бываю в издательстве (а бываю я там теперь нечасто), я килограмма два-три этих обороток с собой уношу: Глюк на них студентам задания печатает, и все такое.

Сегодня загружаю в принтер новую пачку обороток, и чувствую – какие-то они странные на ощупь. Рифленые как будто. Я не сразу понял, в чем дело, посмотрел: мама дорогая! Это был машинописный текст. На машинке печатали. И еще по знакам препинания били со всей дури, так, что все точки, тире и запятые с обратной стороны видны не хуже, чем с лицевой.

Показал Глюку. Глюк, по УПК – секретарь-машинистка, тоже сперва не понял, что за диво такое, а потом, когда понял, осмотрел страницу и с умным видом сказал: «Непрофессиональная печать, видишь – буквы смазанные, это значит – литеры не чистили!» Шерлок Холмс хренов. Я бы ему и так сказал, что печать непрофессиональная: где ж ты в наше время найдешь профессиональную машинистку – именно чтоб на машинке печатала? Без всяких литер ясно, что какой-то провинциальный дяденька (или тетенька), настолько нищий, что у него даже компьютера нет, написал свой шедевр и двумя пальцами натюкал его на раздолбанной машинке, чтобы отправить в издательство. (Это ничего, я в издательстве и рукописи видел. То есть прямо рукописи, от руки написанные. Но это было давно, и их, конечно, никто не читал). Почитать, что ли? Все-таки старался человек, вон, на машинке печатал…

(no subject)

Копаясь в архивах Либрусека у себя на компе, совершенно случайно нашел книжку Михаила Гаспарова «Занимательная Греция». Слил ее для Ольги, а заодно и себе на читалку скачал, посмотреть, что оно такое.

Классная книжка оказалась! Даже я ее читаю с удовольствием и интересом, хотя, в принципе, большую часть присутствующих там сведений я знаю из первоисточников. А некоторых вещей и я не знал – например, что у греков единого летосчисления так никогда и не было. Я всегда думал, что греки время считали от первой Олимпиады – ан нет, это выдумали позднейшие историки. А греки так и обходились местным летосчислением по архонтам, в каждом городе – своим собственным.

Короче, эта книжка, в комплекте с «Легендами и мифами Древней Греции» Николая Куна, содержит в себе, удобно разложенное по полочкам, практически все, что стоит знать об античной Греции человеку, который специально этой темой никогда не занимался. От особенностей государственного устройства Спарты до того, как греки воспринимали число, от греко-персидских войн до возникновения поэзии и театра. Ну, словом, все вообще. Причем изложено это без дураков, но чрезвычайно доходчиво. Собственно, судя по некоторым обмолвкам, книжка ориентирована не то, что на школьников, а чуть ли не на младшеклассников. Но по тексту это совершенно не заметно, никаких «сюси-пусей» и «здравствуй, мой маленький друг!» там нету. Может быть, иллюстраций маловато, но самые необходимые иллюстрации там есть.

На самом деле, меня неотступно преследует ощущение, что отдельные главы из этой книжки я уже когда-то читал: не просто то же самое, а именно это, изложенное именно этими словами. Возможно, это просто иллюзия, возникшая оттого, что в советские времена все лучшие научно-популярные книжки писались именно в таком стиле, но, может, и вправду где-то читал. Я подумал было, что Гаспаров приложил руку к написанию нашего школьного учебника по истории древнего мира – но вроде бы нет. Возможно, отрывки из этой книги публиковались в каком-нибудь журнале «Пионер» или «Костер», не знаю.

Единственная ложка дегтя – это Collapse )

Хулио Кортасар

ОРЕЛ И ХРОНОП

Орел, как молния с неба, падает на хронопа, гуляющего по главной улице Тиногасты, припирает его к гранитной стене и надменно говорит.

Орел: Только скажи, что я не красивый!

Хроноп: Вы самое красивое пернатое, я таких и не видел никогда.

Орел: Валяй еще что-нибудь.

Хроноп: Вы красивее, чем райская птица.

Орел: А попробуй сказать, что я не летаю высоко.

Хроноп: Вы летаете на головокружительной высоте, к тому же вы целиком сверхзвуковой и космический.

Орел: А попробуй сказать, что я плохо пахну.

Хроноп: Вы пахнете лучше, чем целый литр одеколона «Жан-Мари Фарина».

Орел: Вот мерзость! Места не найдешь, куда долбануть!

(no subject)

Моя матушка очень заботится обо мне, а особенно – о моем здоровье. К сожалению, я в последние -дцать лет очень плохо перевариваю, когда обо мне заботятся так настойчиво. Матушка, понимая, что ее советов я слушать не стану, потому что «родная мать – не авторитет» (ну разумеется, какие еще у человека могут быть причины не желать вести ЗОЖ, кроме неуважения к родной матери?), пытается действовать окольными путями. Обычно она подгребает к моим друзьям и знакомым, и просит на меня «повлиять». Ситуации иной раз выходят самые трагикомические. Эрендиль, например, много лет потом с ужасом вспоминал, как она заловила его на террасе, где он варил суп на всю нашу компанию, и стала предлагать ему подсунуть в этот суп пучок морковной ботвы, чтобы, значит, витаминов было побольше – «а потом, как сварится, вытащите, никто ничего и не заметит!»

Ольга вчера вечером, давясь хохотом, рассказала, что давеча матушка по телефону просила ее (!) повлиять на меня, чтобы я позаботился о своем зрении – ведь без очков мне будет гораздо лучше. Естественно, Ольга тут же выкинула это из головы – что она, дура, что ли? – и только вчера вспомнила, как-то к слову пришлось. Глюк тут же рассказал, что до него матушка давно докапывается, чтобы он повлиял на меня, чтобы я что-то сделал со своей осанкой. Ну, и так далее. Думаю, если бы наши кошки умели говорить, матушка бы и к ним приставала, чтобы они на меня «повлияли».

Все-таки детей заводить вредно. Неумеренная забота о детях даже самого разумного и вменяемого человека способна вогнать в состояние, близкое к маразму.