kot_kamyshovyj (kot_kam) wrote,
kot_kamyshovyj
kot_kam

Category:

«И положенные восемь свидетелей аккуратно расписались красными чернилами» (с)

Наша поездка проходила под знаком «Саги о Ньяле» (http://norse.ulver.com/src/isl/njala/ru.html). Один из моих спутников ее прочел и пересказал другому, ну, а я счел, что достаточно хорошо ее помню и так (я по ней работу писал в свое время). Но после Поля Тинга мне захотелось перечитать, в первую очередь, тот эпизод в конце саги, уже после сожжения Ньяля, когда его родичи заводят тяжбу об изгнании участников убийства и проигрывают ее из-за крючкотворства противной стороны. И внезапно обнаружилось, что в Исландии «Сага о Ньяле» читается особенно хорошо.

В частности, я понял, отчего я сравнительно спокойно отношусь ко всяким юридическим тонкостям, от которых любого нормального человека аж трясет. Да, именно потому, что я читал саги. После саг в этом смысле уже ничего не страшно. Давайте, для примера, рассмотрим тяжбу о сожжении Ньяля. Из милосердия я текст саги буду убирать под кат, но вы все же не поленитесь, почитайте хотя бы местами. Это не то, чтобы интересно, но поучительно. В пост призывается tanvika, пусть поправит, если я где-то что-то напорол или неправильно истолковал.

Итак, Мерд, сын Вальгарда, предъявляет обвинение Флоси.

«Мёрд назвал своих свидетелей и сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что я обвиняю Флоси, сына Торда, в том, что он незаконно первым напал на Хельги, сына Ньяля, на месте, где Флоси, сын Торда, напал на Хельги, сына Ньяля, и нанес ему рану внутренностей или костей, которая оказалась смертельной и от которой Хельги умер. Я говорю, что за это он должен быть объявлен вне закона и изгнан, и никто не должен давать ему пищу, указывать путь и оказывать какую-нибудь помощь. Я говорю, что он должен лишиться всего добра и половина его должна отойти мне, а другая половина — тем людям из четверти, которые имеют право на добро объявленного вне закона. Я объявляю об этом суду четверти, в котором по закону должно рассматриваться это обвинение. Я объявляю об этом по закону. Я объявляю об этом со Скалы Закона так, чтобы все слышали. Я объявляю, что Флоси, сын Торда, должен быть судим этим летом и объявлен вне закона. Я объявляю о тяжбе, переданной мне Торгейром, сыном Торира.
На Скале Закона поднялся сильный шум, потому что он говорил хорошо и складно,
Мёрд заговорил снова.
— Я призываю вас в свидетели того, — сказал он, — что я обвиняю Флоси, сына Торда, в том, что он нанес Хельги, сыну Ньяля, рану внутренностей или костей, которая оказалась смертельной и от которой Хельги умер на месте, где Флоси, сын Торда, незаконно первым напал на Хельги, сына Ньяля. Я говорю, что за это ты, Флоси, должен быть объявлен вне закона и никто не должен давать тебе пищу, указывать путь и оказывать какую-нибудь помощь. Я говорю, что ты должен лишиться всего добра и половина его должна отойти мне, а половина — тем людям из четверти, которые имеют право на добро объявленного вне закона. Я объявляю об этом суду четверти, в котором по закону должно рассматриваться это обвинение. Я объявляю об этом по закону. Я объявляю об этом со Скалы Закона так, чтобы все слышали. Я объявляю, что Флоси, сын Торда, должен быть судим этим летом и объявлен вне закона. Я объявляю о тяжбе, переданной мне Торгейром, сыном Торира.
После этого Мёрд сел».

Заметьте, что все это проговаривается устно, и потом неоднократно повторяется слово в слово. Но это только начало дела!

«Мёрд, сын Вальгарда, назвал своих свидетелей и предложил кинуть жребий, кому из тех людей, кто требует объявления вне закона, первым излагать свое дело, кому за ним и кому потом. Он предложил это согласно закону, перед судом, так что судьи слышали. Затем бросили жребий, и первым изложить свое дело выпало ему. Мёрд, сын Вальгарда, назвал снова своих свидетелей и сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что я предохраняю себя от того, чтобы мое дело было объявлено незаконным, если я неправильно выражусь или оговорюсь. Я оставляю за собой право поправлять все свои слова до тех пор, пока не изложу правильно свое дело. Я призываю вас в свидетели этого для себя или для других, кому это свидетельство будет нужно или выгодно.
Мёрд сказал:
— Я призываю вас в свидетели того что я предлагаю Флоси, сыну Торда, или всем другим людям, кому он передал по закону свою защиту, выслушать мою присягу, изложение моего дела и все доказательства, которые я собираюсь привести против него. Я предлагаю это согласно закону, перед судом, так, чтобы все судьи слышали.
Мёрд сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что я приношу присягу на книге, как полагается по закону, и говорю Богу, что буду вести тяжбу по правде, по совести и по закону и выполню все, что полагается по закону, пока я веду эту тяжбу».

Заметьте, что упомянутые Мердом «свидетели» - это вовсе не свидетели обвинения, люди, которые могут подтвердить, что все было именно так, как он говорит. Суть дела, суть обвинения и без того всем известна, обо всем произошедшем известно, прежде всего, от самих участников убийства. «Свидетели» же по своим функциям ближе всего к современным присяжным - это независимые люди, которые должны утвердить приговор. И, собственно, основная суть дальнейшего разбирательства - это попытки обвиняемой стороны утвердить тот факт, что свидетели Мерда не так независимы, как следовало бы.

Далее Мерд вновь проговаривает свое обвинение, но этого я повторять не стану. Далее свидетели дважды (!) проговаривают перед судом то же обвинение, повторяя его слово в слово, за исключением незначительного изменения порядка обвинений, который, видимо, несуществен.

А вот дальше начинается, собственно, тяжба. Мерд предлагает обвиняемой стороне отвести неправомочных свидетелей.

«Всем свидетелям было предложено принести присягу до того, как они дали показания, а также судьям.
Мёрд, сын Вальгарда, назвал своих свидетелей и сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что я предлагаю девятерым соседям, которых я вызвал сюда по тяжбе против Флоси, сына Торда, сесть на западном берегу реки, чтобы другая сторона отвела тех из них, которые неправомочны. Я предлагаю по закону на суде, так что судьи слышат.
Мёрд снова назвал свидетелей и сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что я предлагаю Флоси, сыну Торда, или другому человеку, которому он передал по закону защиту своего дела, отвести неправомочных соседей из тех, которым я предложил сесть на западном берегу реки. Я предлагаю по закону на суде, так что все судьи слышат.
Мёрд снова назвал своих свидетелей и сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что теперь выполнено все, что требуется по закону при ведении тяжбы: предложено принести присягу, принесена присяга, изложено дело, даны свидетельские показания о предъявлении обвинения, даны свидетельские показания о передаче тяжбы, соседям предложено занять место, предложено отвести неправомочных соседей. Я призываю вас в свидетели того, что выполнено по этой тяжбе, и того, что я не хочу ее проиграть, если я оставлю суд, чтобы искать доказательств или по другим делам».

Противники пытаются отвести двоих свидетелей на основании того, что они являются родственниками Мерда:

«— Один из этих соседей крестил Мёрда, сына Вальгарда, а другой его троюродный родственник.
Тогда они высчитали родство и подкрепили свои слова присягой. Эйольв назвал своих свидетелей в том, что он требует от соседей, чтобы они не расходились, пока из них не будут отведены неправомочные. Эйольв назвал своих свидетелей и сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что я отвожу этих людей из числа соседей, — и он назвал их имена и имена их отцов, — на том основании, что один из них троюродный родственник Мёрда, а другой с ним в духовном родстве, и поэтому оба они по закону должны быть отведены».

Тут Мерд, знающий законы на среднем тогдашнем уровне, перестает справляться с тяжбой и вынужден обратиться за помощью к настоящему знатоку, Торхаллю, воспитаннику Ньяля.

«Торхалль сказал:
— Я сделаю так, что вы не проиграете тяжбы. Скажи пославшим тебя, чтобы они не верили, что их перехитрили, потому что хитрец Эйольв на этот раз дал маху. Ступай теперь скорее к ним и скажи, чтобы Мёрд, сын Вальгарда, выступил перед судом и назвал своих свидетелей в том, что их отвод неправилен.
И он подробно рассказал, как им надо действовать. Посланный вернулся и передал им советы Торхалля. Мёрд, сын Вальгарда, выступил тогда перед судом, назвал своих свидетелей и сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что я объявляю неправильным отвод Эйольва, сына Бёльверка. А причина этому та, что он отвел соседей не как родственников истца, а как родственников того, кто ведет тяжбу. Я призвал вас в свидетели для меня или для того, кому это свидетельство может понадобиться».

Следующий раунд: двух свидетелей отводят из-за того, что они не являются полноценными собственниками и землевладельцами, а следовательно, не могут участвовать в суде.

«Эйольв назвал своих свидетелей и сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что я отвел этих двух человек из числа соседей, — и он назвал их обоих, — потому что вы сидите на чужой земле, а не на своей. Я не могу допустить, чтобы вы были среди соседей, потому что против вас объявлен законный отвод. Я отвожу вас по установлениям альтинга и общенародным законам».

Однако выясняется, что отведенные соседи на самом деле имеют право считаться полноценными собственниками:

«Когда Торхаллю все рассказали, он спросил, какое имущество есть у этих двоих соседей. Посланный сказал:
— Один из них живет молоком, у него есть и коровы и овцы, а другой владеет третью земли, на которой ведет хозяйство со своей семьей, он сам кормит себя, и у него общий очаг с одним человеком, который снимает землю, и одним пастухом...
Торхалль очень подробно рассказал посланному, как им надо действовать. Посланный вернулся и передал советы Торхалля Мёрду и Асгриму. Мёрд выступил перед судом, назвал своих свидетелей и сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что я объявляю неправильным отвод Эйольва, сына Бёльверка, поскольку он отвел из числа соседей людей, которые имеют право выносить решение как соседи. Всякий имеет право выступать на суде как сосед, у кого есть три сотни земли или больше, даже если у него нет скота, но тот, кто живет молоком, тоже имеет право выступать как сосед, даже если он снимает землю».

Тут выясняется, что этот закон мало кому известен:

«Флоси сказал Эйольву:
— Это правильно?
Эйольв сказал, что не знает точно. Тогда они послали человека к законоговорителю Скафти, чтобы спросить его, правильно ли это. Он велел передать им ответ, что это, конечно, правильно, хоть и немногие знают это».

Затем защита отводит четверых свидетелей на основании того, что они живут дальше от места убийства, чем другие люди, которые остались дома (а между тем именно они должны были быть вызваны на суд).

«Тогда Эйольв спросил сыновей Сигфуса о других соседях, которые были вызваны на суд. Они ответили, что четверо из них вызваны неправильно.
— Потому что те, кто живет ближе к месту убийства, остались дома, — сказали они.
Эйольв назвал своих свидетелей того, что он отводит всех этих четверых из числа соседей, и отвел их, как полагается по закону. После этого он сказал оставшимся пяти соседям:
— Вы должны быть справедливы к обеим сторонам. Теперь вы должны выступить перед судом, когда вас вызовут, и назвать своих свидетелей в том, что вы не можете вынести решения, потому что вас пятеро, тогда как должно быть девятеро».

Однако выясняется, что дело и теперь еще не проиграно: взамен недостающих свидетелей можно уплатить штраф!

«— Хорошо, — говорит Торхалль, — но и это не принесет им почета. Ступай к Мёрду и скажи ему, чтобы он назвал свидетелей и принес присягу в том, что большинство соседей вызвано правильно. Пусть он велит свидетелям дать свои показания суду. Тем самым он спасет свою тяжбу. Правда, ему придется заплатить по три марки серебра за каждого, кого он вызвал неправильно, но из-за этого затевать тяжбу на этом тинге нельзя».

Хотя этот закон очень редко применяется, и практически никому не известен.

«Флоси спросил Эйольва, правильно ли возражение их противников, но тот сказал, что не знает и что об этом может сказать лишь законоговоритель. Тогда Торкель, сын Гейтира, отправился к законоговорителю, рассказал ему, что случилось, и спросил его от их имени, правильно ли то, что сказал Мёрд. Скафти ответил:
— Нынче больше великих законников, чем я думал. Но если сказать тебе правду, то он совершенно прав, и тут возразить нечего, хоть я и думал, что я один знаю этот закон теперь, когда Ньяля нет в живых, потому что, по-моему, только он знал его.
Торкель вернулся к Флоси и Эйольву и сказал, что такой закон есть».

И вот уже дело изложено по всем правилам, и, казалось бы, развязка неминуема, но... Флоси исполняет домашнюю заготовку, хитрый финт ушами! Дело в том, что он заранее тихой сапой поменял свое территориальное подчинение, о чем практически никто не знал, а следовательно, заводить тяжбу против него нужно было по новому «месту прописки»...

«Эйольв, сын Бёльверка выступил перед судом, назвал своих свидетелей и сказал:
— Я призываю вас в свидетели того, что мое законное возражение против этого обвинения состоит в том, что вы ведете тяжбу в суде восточной четверти, между тем как Флоси заявил, что входит в годорд к годи Аскелю. Здесь есть свидетели, которые присутствовали при том, как это случилось, и которые подтвердят, что Флоси сначала передал свой годорд своему брату Торгейру, а затем заявил, что входит в годорд к годи Аскелю. Я называю этих свидетелей для себя или для тех, кому это свидетельство будет нужно...
— Я призываю вас в свидетели того, что я запрещаю судьям разбирать тяжбу Мёрда, потому что теперь в суд поступило законное возражение. Я запрещаю это запрещением законным, бесспорным, полным и верным, как мне и положено запрещать на суде по установлениям альтинга и общенародным законам».

Дальше дело переносится в «пятый суд», то есть суд альтинга, подаются встречные иски...

В общем, я не стану долее утомлять вас этим средневековым крючкотворством (скажу только, что дело против Флоси было все же проиграно, и кончилось все большой битвой прямо на тинге). Но, думаю, вам уже и так ясно, что древнеисландское судопроизводство держалось на доскональном знании сложнейших неписаных законов, и выигрывал тот, кто умел использовать эти законы с максимальной пользой для себя. Прибегать к помощи знатоков законов не возбранялось, но вот привлекать помощь за деньги было строго воспрещено: одна из крупных претензий к Флоси - это что он нанял вышеупомянутого Эйольва за золотой браслет. Это воспринималось примерно так же, как в наше время - взятка суду. Причем претензии к Эйольву серьезнее, чем претензии к Флоси: из корысти взялся вести чужую тяжбу! Расследования преступлений и установление преступника тоже проводились (например, ближе к началу саги упоминается самый настоящий следственный эксперимент, когда краденый сыр, порезанный на ломти, укладывают в форму, где он был изготовлен, доказывая, что это тот самый сыр), но не им отводилось центральное место на суде. Во всех по-настоящему важных тяжбах (связанных с убийствами) убийца известен заранее и, как правило, давно уже сам сознался в убийстве (не объявить во всеуслышание о том, что ты убил человека, для свободного было западло и наказуемо отдельно). Задача обвинения состояла не в том, чтобы доказать факт убийства, а в том, чтобы убийца был объявлен вне закона; задача обвиняемого состояла в том, чтобы избежать быть объявленным вне закона. А выигрыш или проигрыш дела зависел от того, кто лучше знает законы и ловчее умеет поворачивать дышло в свою сторону. Еще раз повторю, что все это кошмарное судопроизводство велось устно, и все участники суда (большинство которых совсем не были такими уж знатоками законов), по идее, должны были помнить наизусть все, что говорилось на суде - или, по крайней мере, запоминать факты и оценивать соответствие происходящего действующему законодательству. То есть, как минимум, быть достаточно компетентными.
Tags: Исландия, Книжное
Subscribe

  • Котики

    Наши, дворовые. Рома только один глаз приоткрыл, а Маркиз встал, картинно потянулся и лег поудобнее: давай, гладь! И следы насекомых.

  • Матрасик

    Вчера поехали покупать шнаузеру новый матрасик. Рэй имеет обыкновение копать себе ямку перед сном, и старый матрасик изрядно изорвал когтищами. Да и…

  • Мусенька на работе

    В родной стихии, тсзть.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments

  • Котики

    Наши, дворовые. Рома только один глаз приоткрыл, а Маркиз встал, картинно потянулся и лег поудобнее: давай, гладь! И следы насекомых.

  • Матрасик

    Вчера поехали покупать шнаузеру новый матрасик. Рэй имеет обыкновение копать себе ямку перед сном, и старый матрасик изрядно изорвал когтищами. Да и…

  • Мусенька на работе

    В родной стихии, тсзть.