Ботсад МГУ
Экскурсия у нас была узкоспециализированная, по диким яблоням, но в начале экскурсии всякому экскурсоводу положено сказать несколько слов о саде в целом. Тем более, что до плодового сада надо еще дойти, не молчать же всю дорогу. Если экскурсия для тебя далеко не первая, со временем это становится скучновато, потому что большую часть этой истории ты уже слышал. Но, с другой стороны, поскольку экскурсоводы - не профессиональные гиды, и не долбят по заученному, а рассказывают от себя, всегда есть шанс узнать что-нибудь новое. Тем более от старого сотрудника.
Вот на этот раз нам рассказали историю о том, что же случилось со старым розарием. Не уверен, насколько все так и было, за что купил, за то и продаю, но человек, который рассказывал, по крайней мере, работает достаточно давно, чтобы все это застать лично. Короче, при закладке сада был заложен и большой розарий. И некоторое время он цвел и пах. Но занимался им один человек, который, помимо всего прочего, увлекался селекцией. Проблема в том, что селекция роз - это не просто так, взял и скрестил, это наука вроде собаководства или коневодства, и там есть свои правила. Всякий новый сорт следует зарегистрировать в соответствующей официальной организации, у него должен быть паспорт, где указаны родительские сорта (что с чем скрещивали) и т.п. А человек, ответственный за розарий, был человек "от сохи", как выразилась наша экскурсовод, и такими скучными подробностями не заморачивался. Просто брал и скрещивал как попало что попало. И когда он умер (надо понимать, что при его жизни в розарий никто особо не совался), внезапно выяснилось, что у них там полный розарий "дворняжек" неизвестного происхождения. Их пересадили в другое место и потихоньку растащили в частное владение, потому что сами-то по себе розы были хороши, просто для научного использования уже не пригодные. А розария не стало. Несколько раз пытались приобрести новые розы, но поскольку делалось это без особой системы, новых роз хватало года на два-три, до первой суровой зимы. Пока, наконец, французы нам не сделали нынешний розарий, с сортами, подходящими для нашего климата.
Занимательная история. Того самодеятельного розовода я очень даже понимаю, сам такой. Но она показывает, для чего нужно системное образование и всякие скучные подробности. Чтобы дело твоей жизни после тебя не пропало и им мог заняться кто-то еще. Можно еще профессора Толкина вспомнить: ведь всю жизнь человек работал над своей мифологией, дорожил ею страшно, а не будь у него упрямого и въедливого сынка, черта с два бы мы прочли "Сильмариллион", не говоря уже о "Детях Хурина" или "Лэ о Лейтиан".
Памятник работнику сада у входа. Недавно открыли. Ну, "памятник" - это сильно сказано: это статуэтка в полметра высотой, если распрямится - будет сантиметров восемьдесят.

Рододендроны в самом цвету.

В альпинарии буйно цветет лунник. Говорят, никогда такого не видели - внимание обращают даже те, кто в принципе этим растением никогда не интересовался.



Пион. Пока древовидный. Травянистые еще в бутонах.

Вид на высотку МГУ сквозь недораспустившийся орех.

Гроза надвигается...




Жарки.


Традиционный вид на ГЗ МГУ с партера ботсада. И надвигающийся Большой Ливнец.
Вот на этот раз нам рассказали историю о том, что же случилось со старым розарием. Не уверен, насколько все так и было, за что купил, за то и продаю, но человек, который рассказывал, по крайней мере, работает достаточно давно, чтобы все это застать лично. Короче, при закладке сада был заложен и большой розарий. И некоторое время он цвел и пах. Но занимался им один человек, который, помимо всего прочего, увлекался селекцией. Проблема в том, что селекция роз - это не просто так, взял и скрестил, это наука вроде собаководства или коневодства, и там есть свои правила. Всякий новый сорт следует зарегистрировать в соответствующей официальной организации, у него должен быть паспорт, где указаны родительские сорта (что с чем скрещивали) и т.п. А человек, ответственный за розарий, был человек "от сохи", как выразилась наша экскурсовод, и такими скучными подробностями не заморачивался. Просто брал и скрещивал как попало что попало. И когда он умер (надо понимать, что при его жизни в розарий никто особо не совался), внезапно выяснилось, что у них там полный розарий "дворняжек" неизвестного происхождения. Их пересадили в другое место и потихоньку растащили в частное владение, потому что сами-то по себе розы были хороши, просто для научного использования уже не пригодные. А розария не стало. Несколько раз пытались приобрести новые розы, но поскольку делалось это без особой системы, новых роз хватало года на два-три, до первой суровой зимы. Пока, наконец, французы нам не сделали нынешний розарий, с сортами, подходящими для нашего климата.
Занимательная история. Того самодеятельного розовода я очень даже понимаю, сам такой. Но она показывает, для чего нужно системное образование и всякие скучные подробности. Чтобы дело твоей жизни после тебя не пропало и им мог заняться кто-то еще. Можно еще профессора Толкина вспомнить: ведь всю жизнь человек работал над своей мифологией, дорожил ею страшно, а не будь у него упрямого и въедливого сынка, черта с два бы мы прочли "Сильмариллион", не говоря уже о "Детях Хурина" или "Лэ о Лейтиан".
Памятник работнику сада у входа. Недавно открыли. Ну, "памятник" - это сильно сказано: это статуэтка в полметра высотой, если распрямится - будет сантиметров восемьдесят.

Рододендроны в самом цвету.

В альпинарии буйно цветет лунник. Говорят, никогда такого не видели - внимание обращают даже те, кто в принципе этим растением никогда не интересовался.



Пион. Пока древовидный. Травянистые еще в бутонах.

Вид на высотку МГУ сквозь недораспустившийся орех.

Гроза надвигается...




Жарки.


Традиционный вид на ГЗ МГУ с партера ботсада. И надвигающийся Большой Ливнец.