kot_kamyshovyj (kot_kam) wrote,
kot_kamyshovyj
kot_kam

Categories:

«Полевые исследования в области украинской лексикологии»

Лекции по украинской лексикологии и лексикографии читает у нас приехавшая из Киева преподавательница, которая на лексикографии как раз специализируется. И вот, рассказывая о стилистических пластах украинского языка, она мимоходом упомянула о том, что их отделу фирма IBM (?) заказала составить полный список украинских матюков. Они сейчас занимаются русификацией программ, и задача была сформулирована примерно таким образом: «чтобы ни одно из этих слов вообще не могло появиться на дисплее компьютера». Я, честно говоря, не очень понял: ну, там, фильтры всякие – понятно, но она говорила, что, в числе прочего, нельзя будет дать файлу матерное название – не очень понимаю, зачем это-то надо. А потом разговор плавно перешел на Оксану Забужко.
Забужко, если кто не знает, это очень известная украинская писательница. Ее «Полевые исследования в области украинского секса» («Польові дослідження з українського сексу») – это культовая книга, она в свое время произвела фурор и положила начало целому новому направлению в украинской литературе. Мне ее когда-то давала почитать Мэри Дмитриева, украинская патриотка и феминистка (кстати, интересно, куда она делась из ру.лингвист? Что-то ее не слышно, и в Москве она давно не появляется). Ну, в общем и целом, у меня сложилось впечатление, что эта книга – порнография в исконном, буквальном смысле этого слова (то есть «грязная литература»). Собственно, и не у меня одного: преподавательница стыдливо призналась, что «нет, конечно, я это прочитала… и отец читал, он филолог… но дома я это держать не стала, отдала кому-то – это что-то такое грязное!» Многие из нас не прочь под настроение посмотреть порнушку, где мальчики трахаются с девочками, девочки с девочками, мальчики с мальчиками, все вместе друг с другом – ну уж, это как кому больше по сердцу – точнее, не по сердцу, а по… пониже. Но мало кому понравится смотреть художественно-подробное изображение того, как девушка в разгар месячных меняет прокладку и стирает нижнее белье. Тех, кто побрезгливее, пожалуй, и стошнить может. Вот книга Забужко почти вся – сплошные прокладки и нижнее белье. По сравнению с ней immoralist («Все, что вы НЕ хотели бы знать о сексе») - скромный мальчик-пионерчик из хорошей семьи, который знает три матерных слова: «лифчик», «пиписька» и еще одно, но совсем страшное, на букву «с». Если бы это действительно было исследование, один из его разделов стоило бы назвать «Как сделать любимого мужика импотентом и возненавидеть его за это». И все это густо сдобрено возвышенными рассуждениями и… как бы это сказать получше… Слова «патриотизм» и «национализм» безнадежно испорчены и здесь не подойдут… Ну, скажем: любовью к Родине. Именно так, с большой буквы, без кавычек и хиханек. Страстной, нервной, болезненной любовью к родной Украине и родному языку. Героиня и с любовником-то своим сходится на почве того, что он – один из немногих украинских мужиков, которые искренне любят и хорошо знают родной язык и, даже занимаясь сексом, говорят только по-украински.
Так вот, собственно, пообщавшись с этой преподавательницей из Киева, я с изумлением обнаружил, что, похоже, воспринимал Забужко совершенно вне культурного контекста. При том, что Забужко положила начало целой плеяде книжек из разряда «злые песни с матюками про говно», ее роман – если верить Ларисе (если она Лариса – я, разумеется, так и не удосужился точно выяснить, как ее зовут) – попал в культурную среду, куда более бурно реагирующую на ненормативную лексику, чем российская культурная среда. Ах, извините: обсценную лексику. (Выражение «ненормативная лексика» в Украине употребляется в исконном значении «лексика, не соответствующая норме» – в частности, так называют русские заимствования, по тем или иным причинам не вписывающиеся в систему украинского языка ;-) ). Так вот, эта Лариса – не столь уж почтенных лет дама. Судя по тому, что она мимоходом упомянула, что десять лет тому назад ей еще не было тридцати, она всего на пять, максимум на семь лет старше меня. Но при этом она, например, никак не могла заставить себя произнести вслух матерные слова, которые были просто необходимы для обсуждения одного языкового явления, с ними связанного. В конце концов она, скрепя сердце, написала их на доске. Это можно было бы счесть ее личной застенчивостью, но она уверяла, что у них на кафедре все такие. И это, между прочим, филологи, занимающиеся, по идее, описанием лексики во всем ее многообразии. Причем, насколько я понял, табуированными являются не только матерные слова, но и темы, в описании которых они обычно встречаются. На мой вопрос, свойственна ли такая стыдливость всем слоям украинского общества, Лариса ответила, что нет, вот те, кто родом из деревни – те к этому проще относятся, потому что в деревне «дети вплотную сталкиваются с тем, как рождаются телята и ягнята, и им это все привычно». Согласитесь, от случки скота и окота овец до «Луки Мудищева» – дистанция огромного размера! А ведь сельское общество – тем более настолько патриархальное, как в Украине, - к табуированной лексике в целом относится достаточно строго, куда строже развязной богемной молодежи. Но в интеллигентной среде и само обсуждение всех тем, связанных с половой сферой, явно является табуированным. Прям тебе Барраяр какой-то!
Тут я впал в задумчивость. Культурные сферы России и Украины по-настоящему отделились друг от друга максимум лет десять тому назад. А свобода слова в бывшем СССР наступила все-таки значительно раньше. В те времена, когда печатать стало можно ВСЕ! (ну, почти все), об отделении никто всерьез не помышлял, и все, что читалось в Москве, читалось и в Киеве со Львовом (ну, разве что с небольшой поправкой на местную специфику). Поэтому я, поразмыслив, осторожно спросил, что, если уж Ларису так шокировала Забужко, неужели она не читала, например, «Лолиту» – роман не менее грязный, чем «Полевые исследования». И вот тут – внимание, самое любопытное! Лариса невозмутимо объяснила, что «Лолита» их шокировала значительно меньше, потому что «Лолиту» они читали в оригинале, то есть по-русски. Видимо, мое крайнее изумление отразилось на моей физиономии, потому что Лариса поспешно пояснила, что это вовсе не в том смысле, что по-русски любую гадость можно сказать, а просто русский язык для них как бы иностранный, и все это воспринимается не настолько остро, «а ведь на украинском языке мы и молимся, и с детьми говорим, и стихи в садике учили – и тут такое!» Воля ваша, господа, но мне это сильно напомнило тех гоголевских дам, которые были такие воспитанные, что по-русски не могли сказать иначе, как «этот стакан плохо себя ведет», зато по-французски могли сказануть такое, что лошадь бы покраснела. Сравнение с тем, как мы относимся, например, к матюкам в американских фильмах, совершенно некорректно: «fuck you!” по-русски просто ничего не значит, а в украинском и русском матюки вполне себе общие. Не говоря уже о том, что матюков-то в «Лолите» как раз нет (вроде бы), да и у Забужко их негусто, и все по делу – и там, и там шокирующими являются именно ситуации. И вот, тем не менее. Услышав это, я, естественно, поинтересовался, как интеллигентные украинцы относятся к Лесю Поддеревянскому. Реакция была ожидаемая: Лариса сморщилась, как будто перец раскусила, и сказала… в общем, если в двух словах – что интеллигентные люди предпочитают просто не замечать его существования. Еще раз – это филологи!
При этом Лариса – совершенно нормальная женщина, отнюдь не оголтелая националистка или пуристка, стремящаяся немедленно очистить украинский от всех русизмов (и, за неимением в ряде случаев украинских аналогов, заменить их полонизмами) и приписывающая украинскому некий особый статус супермегаязыка; она вполне лояльно относится к русскоговорящим украинцам и явно не из тех, кто стремится заставить всю Украину немедленно заговорить исключительно на украинском. То есть можно предположить, что такое отношение к русскому языку versus украинский является нормальным – по крайней мере, для образованных людей ее возраста. Забавно… Это сулит разные интересные взаимодействия.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments