kot_kamyshovyj (kot_kam) wrote,
kot_kamyshovyj
kot_kam

Categories:
Взялся читать Стругацких – в хронологическом порядке, с самого начала, с самых наивных, ура-коммунистических вещей. Не помню, читал ли я их в детстве – почти наверняка читал, не так много тогда было хороших приключенческих книжек, чтобы миновать Стругацких, - но сейчас их читать куда интереснее. В детстве бы я в них ничего особенного не увидел, кроме привычной по другим книжкам радости труда (“Это когда поэт смотрит, как рабочие строят плотину”), да полемики, в которой положительные герои стопиццотый раз излагают очевидные для меня (тогда) вещи. Думать было особо не о чем: хорошая приключенческая книжка, да и все. А вот теперь, с позиции человека, живущего в том самом XXI веке, где происходит действие, возникает напряжение, рождающее мысль. Я, по-моему, уже килобайт двадцать «надумал» – буквально в каждой главе, на каждой странице находится что-то, вызывающее желание это обсудить. Начиная с забавных и трогательных мелочей, показывающих, как сильно изменился мир за эти пятьдесят лет: читаешь-читаешь, вроде все нормально, хопа – «шарик теплого зеленого тона». Какой нафиг теплый зеленый тон? Земля же из космоса голубая, любой ребенок это знает… Блин, пятьдесят девятый год! Люди еще не знают – и еще два года не узнают – какого цвета Земля из космоса… И до вещей куда более серьезных.

Вот, к примеру, отсюда, из 2011 года (того самого года, когда «Тахмасиб» отбыл в спецрейс, описанный в «Стажерах»), меня буквально потрясла сцена на Бамберге. Вот эта сцена:

«За восемь лет существования компании на Бамберге отработали по трехгодичному контракту около двух тысяч человек. А знаете ли вы, сколько из тех, кто вернулся, осталось в живых? Меньше пятисот. Средний срок жизни рабочего после возвращения не превышает двух лет. Вы три года надрываете пуп тут, на Бамберге, только для того, чтобы потом два года гнить заживо на Земле. Это происходит прежде всего потому, что на Бамберге никогда не соблюдается постановление международной комиссии, запрещающее работать в ваших шахтах более шести часов в сутки. На Земле вы только лечитесь, страдаете оттого, что у вас нет детей, или рождаете уродов. Это преступление компании, но не о компании сейчас идет речь.
- Подождите, - сказал Джошуа и поднял руку. - Дайте и мне сказать. Все это мы уже слышали. Нам об этом прожужжал уши мистер комиссар. Не знаю, как другим, а мне нет дела до тех, кто помер. Я человек здоровый и помирать не собираюсь… Дети там, не дети - это мое дело. И лечиться тоже не вам, а мне. Слава богу, я давно уже совершеннолетний и отвечаю за свои поступки. Я не хочу слышать никаких речей… Вот вы отобрали оружие у гангстеров, я говорю: правильно. Найдите спиртогонов, закройте салун. Точно? - Он повернулся к толпе. В толпе неопределенно заговорили. - Что вы там бормочете? Я правильно говорю. Где это видано - за выпивку два доллара? Взяточников кое-каких к рукам приберите. Это тоже будет правильно. А в работу мою не вмешивайтесь. Я прилетел сюда, чтобы заработать, и я заработаю. Решил я открыть свое дело - и открою. А речи ваши мне ни к чему. За слова дом не купишь...
- Правильно, Джо! - закричали в толпе.
- А вот и неправильно, - сказал Юрковский. Он вдруг налился кровью и заорал: - Вы что же, думаете, вам так и дадут сдохнуть? Это вам, голубчики, не девятнадцатый век! Ваше дело, ваше дело, - он снова заговорил нормальным голосом. - Вас здесь, дураков, от силы четыреста человек. А нас - четыре миллиарда. И мы не хотим, чтобы вы умирали. И вы не умрете. Ладно, я не буду с вами говорить о вашей нищете духовной. Вам, как я вижу, этого не понять. Это только ваши дети поймут, если они у вас еще будут. Я буду говорить с вами на языке, который вам понятен. На языке закона. Человечество приняло закон, по которому запрещается загонять себя в гроб. Закон, понимаете вы? Закон!..
- Плакали наши денежки, - громко сказал кто-то».

Знакомо, а? Ничего не напоминает? Это же наше поколение, последнее поколение детей, выросших при социализме, вскормленных цитатами из классиков марксизма-ленинизма и вспоенных тягучим молоком речей Леонида Ильича, дерет три шкуры со своих рабочих и гноит их в шахтах и у станков в нечеловеческих условиях. И наше же поколение убивается в этих шахтах ради того, чтобы сколотить побольше бабок, и накрывает ватниками датчики метана, чтобы не мешали выдавать на-гора уголь. И понаехавшие комиссии хватаются за голову и пытаются помешать работягам убивать себя - а работяги угрюмо упираются и стонут “Плакали наши денежки!” Ведь не в девятнадцатом же веке мы живем, в самом же деле, и ни один американский рабочий не согласится сейчас работать по четырнадцать часов в сутки и получать серую зарплату без всякого там соцпакета, зато аж на полторы тыщи больше. Так сейчас живет только бывший Советский Союз, да еще всякие страны третьего мира. Как же это так вышло, что двадцать лет назад, едва нам дали волю, мы ринулись строить Америку нашей мечты (которой на самом деле никогда не было) – и выстроили капитализм наших кошмаров?

А впрочем, отчего только мы? Не нами началось, между прочим. Если хорошо и правильно жертвовать людьми, держать их в нечеловеческих условиях ради того, чтобы совершать научные открытия или строить ах-какие-нужные заводы – почему бы не сделать следующий шаг, и не пожертвовать ими ради чего-нибудь попроще? А потом следующий, и следующий… Наша страна, вообще, хоть когда-нибудь была на самом деле такой… гуманной, какой ее представляли ранние Стругацкие?

И кстати, при том, что мы первыми запустили спутник и отправили человека в космос, кучу всяких вещей, которые постепенно превращают наш мир в мир фантастического будущего, которое мерещилось пятьдесят лет назад, придумали не мы. Не мы создали электронные книжки, сделавшие бессмысленным вечный вопрос: а если бы ты летел в космос, и можно было взять с собой только десять книг, какие бы ты выбрал? У меня сейчас при себе в кармане и те десять книг, которые я “взял бы с собой в космос”, и еще два десятка других, и при нужде мне не составит труда положить в карман всю университетскую библиотеку. Не мы придумали карманные телефоны, по которым можно из глухой провинции позвонить в Москву и запросто поболтать о погоде, прислав заодно картинку красивого лесного озера. Не мы создали электронную сеть, по которой человек со станции “Восток” в Антарктиде и человек из Кроноцкого заповедника на Камчатке могут рассказывать всему миру о своей работе “без отрыва от производства”. А если вы думаете, что Советский Союз тоже мог бы создать все это, ему просто “не дали” – подумайте еще раз. Даже если бы их создали (так и представляю первый советский смартфон – кирпич весом в полтора кило, работающий на батарейках, которых вечно не достать, со встроенной пленочной камерой – с очень, впрочем, качественным объективом “Зенит”) – кто бы вам их дал, в стране, где даже банальные ксероксы хранились под замком, чтобы граждане, не дай Бог, не размножали подрывную литературу?

И при этом, и все-таки, несмотря на то, что мы не построили коммунизма, и теперь уже, видимо, не построим никогда – мещанство так и не взорвало наш мир изнутри, и “настоящие люди”, невзирая ни на что, успешно продолжают рождаться в прежнем количестве, и на выставку мирного пейзажиста Левитана очереди стоят не меньше, чем, бывало, в Мавзолей, и билеты на крутой концерт классической музыки стоят не дешевле, чем на “Раммштайн”, и достать и те, и другие одинаково непросто, и помимо молодых людей, которые колбасятся в клубах и бесцельно гоняют на машинах, полно молодых людей, которые танцуют на балах и собираются на ролевых конвентах слушать доклады о Толкине и Стругацких, да и на научно-популярных лекциях их, кажется, не меньше – и более того, подозреваю, во многих случаях это одни и те же молодые люди. И более того: хотя до Марса мы пока не долетели, однако же экспедиция уже готовится, как это ни удивительно, принимая во внимание ее сугубую нерентабельность. А что утопии не вышло – да и хрен бы с ней. Вот эта вот реплика: “А жилищный кризис дает себя знать уже сейчас. На Теплом Сырте я не имею возможности выделить комнаты даже женатым. Кстати, не к чести наших иностранных друзей будь сказано, они слишком много волнуются по этому поводу” заставляет меня предположить, что, невзирая на все достижения советского образа жизни, в той утопии коммуналки должны были оставаться нормой жизни и в 2011 году. Судя по тому, что иностранные друзья волнуются, а наши – нифига. Да, знаю, что коммуналки здравствуют и по сей день – но никто не предлагает не волноваться по этому поводу. И никто не откажет тебе в праве купить квартиру за свои деньги, потому что у вас и так на семью полметра больше нормы.

P.S. Я не пытаюсь «полемизировать со Стругацкими». Я уже в курсе, что за пятьдесят лет их образ мыслей несколько изменился. Я пытаюсь полемизировать с той эпохой, это куда интереснее. Как оно представлялось – и куда оно ушло. И были ли варианты.
Tags: Книжное, Стругацкие
Subscribe

  • Лье

    Есть такая французская мера длины - "лье". Как и все традиционные меры длины, определяется плюс-минус лапоть, и означает, в целом, "переход":…

  • О хороших людях

    Я вот поразмыслил над этим разговором: https://www.facebook.com/atroschenko/posts/6826894184002802 и пришел к выводу, что это не вопрос "системы"…

  • Илюша

    В видео много мата. Мат уместен. В общем, если жизнь и рассудок дороги вам, не заводите дома енота. И во дворе его не заводите...…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 59 comments

  • Лье

    Есть такая французская мера длины - "лье". Как и все традиционные меры длины, определяется плюс-минус лапоть, и означает, в целом, "переход":…

  • О хороших людях

    Я вот поразмыслил над этим разговором: https://www.facebook.com/atroschenko/posts/6826894184002802 и пришел к выводу, что это не вопрос "системы"…

  • Илюша

    В видео много мата. Мат уместен. В общем, если жизнь и рассудок дороги вам, не заводите дома енота. И во дворе его не заводите...…